|  |
Волею случая ознакомился с давно ожидаемой экранизацией «Atlas Shrugged» (в общем-то неплохого романа). Под катом рецензия, а так же спойлер. ( Читать дальше... )
Ещё в тот момент, когда я очутился в нашем небольшом селении с двумя десятками хижин, выстроенных из глины и бамбука на берегу реки; ещё в тот момент, когда стало понятно, что мир вокруг слишком новый, а многие вещи не имеют названия и на них приходится показывать пальцем; ещё в тот момент мне следовало догадаться — последнюю овсянку в доме съедят муравьи. Posted via LiveJournal app for iPhone.
 |
|
Если ты живешь в провинции у моря, а твой сосед уехал за море на пару месяцев и оставил тебе в компанию Мопса — замок процесс переоценки культурного наследия не заставит себя ждать. Вот представьте себе такой сценарий: просыпается человек утром и понимает что он — МОПС. Пучит глаза, закручивает хвост бубликом и думает: вот я стал мопсом и экзистенция моя БЛЯДЬ ВЕРЕВОЧКА ХВАТАЙ ТЯНИ ВЕРЕВОЧКА. Или ляжет на своей кровати, устремится печальными глазами в потолок и спросит себя: человек ли я, что стал мопсом, или и был мопсоПОДУШЕЧКА ПУХ НЕНАВИЖУ КУСАЙ ЕБИ ПОДУШКУ! А тут в комнату зайдёт женщина, увидит вместо человека мопса и такая ми-ми-ми, сю-сю-сю, а затем угостит его яблочком. ПС. Пока свинка шутила про мопсов, один мой друг учитель, родственник проснулся этим утром и обнаружил, что глаз его слегка припух и выпучен. Очевидно, что мироздание услышало и начало превращение в мопса. А раз уж здесь такая хорошая связь, то вот вам другая история: только представьте, просыпается человек утром, а у него новый айфон и третий плейстейшн! Posted via LiveJournal app for iPhone.
|
|
Приснилась драма, большая часть которой, внезапно, разворачивалась не где-нибудь, а в фэйсбуке. Мальчик из киева, впечатлённый красотой и величием одной московской девочки, поехал в дс как-бы пожить и добиваться благосклонности виртуальной дамы. И, надо сказать, ухаживания его были достаточно успешны: близкое знакомство с её хорошими друзьями, постоянные совместные чекины, беседы в комментариях, которые все меньше похожи на просто дружеские и всё больше понятны только им двоим. Налицо полное погружение в её мир. В какой-то момент девочка заболевает (какое-то редкое, необычное недомогание) и попадает в больницу. В это время происходит окончательное сближение с ней нашего героя — он полностью посвящает себя ей и никто уже не воспринимает его иначе как человека, который всегда знает мол, а где N., как себя чувствует, а пойдёт ли она завтра в мастерскую... Здесь начинается та рутинная фаза, которая быстро становится единственно возможной реальностью. Ну, вы же знаете как бывает, когда люди начинают жить вместе и сперва это новость-шок-сенсация, а затем никто и не может вспомнить, что раньше могло быть как-то иначе. И тут я начинаю понимать, что на самом деле N. умерла тогда в больнице, а в фэйсбук (я напоминаю, все события разворачиваются только страницах фб) продолжают писать её молодой человек и несколько близких друзей. Причём делают это не с надрывом людей «ведущих виртуала» и старающихся во что бы-то не стало создать иллюзию присутствия, а с грустью и молчаливым согласием тех, кто мимоходом ставит лишнюю рюмку водки на стол. В больнице они по просьбе N. взяли её пароли, чтоб написать пару заметок в духе «мне уже лучше, не волнуйтесь», а потом просто не смогли себя заставить сказать всем, что обновлений больше не будет. Тут и наступает переломный момент, когда ты понимаешь, что в еле заметных оттенках и нюансах обычных, казалось бы, обновлений статуса, комментариях под ними и «а вот ещё нашла — моя старая фотография» раскрывается томление людей потерявших друга. Катарсис настигает, когда уже в личной (тёпл, лмпв) беседе с героем на кухне я внезапно понимаю, что за его внешним спокойствием скрывается истерика безумца, который винит себя в том, что в больнице принял неверное решение, повлёкшее за собой череду других обстоятельств. А под всем этим рваная пустота и одиночество человека в момент потерявшего весь свой мир. И во второй раз становится понятно, что в этом был весь нарратив его действий в фэйсбуке, что всё время это было у нас перед глазами и если раньше оно не читалось, то сейчас стало настолько очевидным, насколько очевидно умение единожды научившегося ездить на велосипеде. Внезапное понимание богатства и выразительности социальной среды становится последней каплей и я просыпаюсь. 
|
|
Ничто так не сближает людей, как 5 часов в зале ожидания построенного по знакомой всем технологии «коридор ожидания в ЖЭКе». Но это конечно для фарангов, по богатому и со стульями. Индонезийцы в своём же посольстве ждут в специальном накопителе полуподвального толка прямо на земле. А что, схема-то отработанная и проверенная годами. Сперва из самих индонезийцев набираются группы загона индонезийцев в накопитель, где им всем выдают штампы в паспорта. Последними выдают штампы тем, кто их загонял, и Leichenträger zu Wache — набирается следующая группа. Я вот сейчас очень некрасивую вещь скажу, но не могу молчать. Если вы думаете, что когда все народы собрались дружить против грузин — это шутка с армянского радио, то вы никогда не были в посольстве. Каким-то совершенно непостижимым образом, малайцев, голландцев, немцев, китайцев и египтянина успела за эти 5 часов заебать группа (внимание) РУССКИХ! Я считаю, что когда китаец в аду накопителя признаётся «нет, ну я всё понимаю, но нельзя же быть настолько шумными, грубыми и невоспитанными» — это успех. 
Ну разумеется, посольство работает с 9 утра каждый день кроме выходных и национальных праздников. Ну конечно, приезжайте в понедельник и до вторника мы вам всё сделаем, раз уж у вас во вторник самолёт. Для вашего удовольствия к посольству можно подъехать на этом замечательном такси. Вам повезло и сегодня нет пробок, т.к. У НАС НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРАЗДНИК. Что это за шум, Бэрримор? Ну, вы поняли... 
|
|
А пока тропический ливень в этом печальном заснеженном городе, вынуждает меня оставаться в кафе (эксплуатируя самый низменный человечий инстинкт: не быть за секунду промокшим насквозь) — я вам расскажу про ерунду. Надеюсь, это будет выгодный обмен. Иногда свинка пишет в уютненький не только про то, как он хорошо поел, но и например про музыку, что он послушал. И каждый раз после этого кто-то из друзяшек нет нет, да и зайдёт в чятик чтоб спросить: «Ну что?! Что за хуету ты слушаешь?! Не стыдно тебе, человеку прямоходящему с высшим образованием?» И вот казалось бы, отличаю первую волну чилийского прога от «той другой» (на самом деле вру — не отличаю. Но вот ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2) дядя Саша отличает и всегда может подсказать), а что толку? И мало кто из этих людей догадывается, что ситуация запущена гораздо сильнее и больше всех ваших дорийских мажоров свинка любит Красные Звёзды. Нет моему сердцу милее музыки, чем белорусский панк с песнями про пиздец от штыков демократу-жиду. «Но как же так?», — спросит пытливый читатель, — «где гуманизм? где лоция?». Я тобi вася таку вєщь скажу тока ти не обiжайся: целые пласты культурки лежат вне этики, а целиком и полностью живут в плоскости эстетики. Насколько этически безобразны тексты сорокинаДжемаля, песни Селиванова, гламур-фашизм и все телемиты разом iз львом толстим — настолько они полны красоты и величия в эстетике. И верлен ебущий в сраку рэмИсидор Дюкасс разрывающий ногтями маленьких мальчиков прежде всего создаёт пласт альтернативной реальности — не той, где ковёр передают, а внеэтический механизм переплетения корней с вензелями. Это вам не часы об стол гнуть, це є вєщь яка вася ніхто не пойме цієї вєщі і цю вєщь тяжко поняти.
Posted via LiveJournal app for iPhone.
|
|
Обладай я способностями и желанием структурировать, обозначать категории и разделять ивластвовать — мог бы придумать глупость вроде того, что люди делятся на тех кто способен слушать радио и тех, кто избирательно слушает музыку альбомами. (А стань я вдруг велик и известен, то тут уж как положено: цитировали бы эту сентенцию на статусах вконтакте, писали правила жизни и многозначительно кивали). Так что считайте, мол это вам со мной повезло ещё. Тем не менее, от одной только мысли о существовании радио я теряю уверенность, нервничаю и как будто уже еду в виртуальном такси и терплю из последних сил. А те, кто знают каково это — раз за разом прослушивать новый любимый сборник, наверняка попадали в ловушку, которую любезно расставляет нам нейропсихология. Вместе со звуком где-то внутри тебя навсегда фиксируется место и время. Так моя «невыносимая лёгкость бытия» навсегда остановилась где-то в конце 90-х вместе с писком медленных модемов, запахом чужих квартир, постоянным снегом и бесконечным вечером с его жёлтыми фонарями и дешевым пивом. Sol Invictus и Current'93 остались в снегу промзоны посреди января нового века, рядом с гохном и мятым флагом «2001 — новый 37-й». Вместе с ними остались скомканная и изорванная реальность (до этого казавшаяся такой прочной), «давай встретимся в условленном месте, например под дождём», менты, не понимающие как важно именно сейчас лежать и слушать поезда метро. Реальность с тех пор так и не вернулась, а вот Sol Invictus (теперь уже вместе с Coil) остановились в сером бетоне восточного Берлина. С профессиональной поддержкой Альберта Хоффмана, с сыростью поздней осени и первым снегом в лицо. Можно бесконечно разделять время на участки, всё сильнее отдаляя Ахилла от вожделенной черепахи, и к каждому из них так или иначе будет прикреплён звук, запах и цвет. И снег; постоянный, в лицо и за шиворот чёртов снег. С первым снегом вас, господа. 
|
|
Хакка — многочисленная субэтническая группа китайцев-ханьцев, говорит нам википедия. Хакка значит «пришлые семьи», и пускай живут они везде — всё равно их продолжают считать чужаками. Хакка крутые! Совершенно внезапно оказались хакка Сунь Ятсен, Ли Куан Ю (человек практически единолично создавший Сингапур) и многие другие стильные ребята. Про Сэма википедия ничего не знает, хотя наш друг Сэм тоже хакка и пользуясь случаем он отвёз нас в дом полный картманов деревню полную этих самых пришлых семей. Это, — говорит, — дом моего дедушки. Вот газон, который дедушка выращивает на продажу для тех, кто проэктирует и создаёт клумбы. Вот банановый куст (внимательно осматриваем куст), здесь дедушка выращивает бананы. А это (машет рукой в сторону улицы) — квартал домов, которые дедушка построил и теперь сдаёт в наём. Кстати, из бананов мы делаем нашу особую наливку. У Сэма мы берём пару скутеров, старый мотоцикл и едем осмотреться в городке. Понимаете, — объясняет Сэм, — мотошлемов у меня нет потому, что у нас в посёлке так не принято. Ездят тут тихо, движения почти нет — вот и не используют. А полиция если и остановит кого-то, то именно что в шлеме — наверняка ведь чужой!Буквально через пару минут на перекёстке рядом с нами останавливается дедушка, отчаянно жестикулирует, быстро говорит на хаккахуа и стучит себя руками по вполне себе настоящему мотошлему. — Что он сказал? Он нас наругал?— Он просит, чтоб мы не подумали про него плохо! Он местный, а шлем надел потому, что солнце сильно напекает голову, а шапочку у него сдувает ветром.
2 Comments | Post A Comment | В избранное | Поделиться | Ссылка
|
|
|
|
|
